Ещё одно искажение, схожее с предыдущим, только теперь переживания направлены на ощущаемый дефицит влечения. Это тоже очень распространённая жалоба. До начала гомо-ОКР секс был, а с появлением обсессий и страха он либо стал приносить меньше удовольствия, либо снизился в частоте, либо пропал совсем. И этим как коварный хищник, конечно же, пользуется ОКР, который начинает нашёптывать: «Вот видишь, ты же не хочешь женщину, а значит и женщин вообще!»

Логика ОКР здесь выглядит безупречной: было влечение — исчезло — значит, что-то изменилось в Вашей ориентации. Но эта логика основана на одном грубом допущении: что единственная причина снижения влечения — это изменение ориентации. В действительности список причин, по которым сексуальное желание может снизиться или исчезнуть, занял бы несколько страниц, и ни одна из них не имеет отношения к тому, кто Вас привлекает. Хронический стресс, недосыпание, физическое истощение, приём антидепрессантов (которые, по иронии, нередко назначаются при ОКР и как побочный эффект подавляют либидо), конфликты в отношениях, рутина, усталость от быта, депрессивные эпизоды — всё это снижает влечение у совершенно здоровых, абсолютно гетеросексуальных людей, и это происходит каждый день в миллионах пар по всему миру. Но ОКР игнорирует все эти объяснения и выбирает единственное, самое пугающее.

Разберём эту уловку на таком сравнении. Представьте, что Вас захватили в заложники агрессивные вооружённые люди в масках и заставляют заниматься сексом, угрожая лишить Вас жизни, в случае если Вы не сможете этого осуществить и получить удовольствие. Насколько реально выполнить такое требование? Конечно ни на сколько.

ОКР как раз и является таким террористом: оно требует невозможного под угрозой замучить Вас. Почему? Потому что Ваш ум под действием страха и адреналина в таких условиях сосредоточен лишь на самой базовой задаче: выживании. Второстепенная с точки зрения биологии задача — размножение — просто вытесняется. Организм оказывается наполнен зашкаливающим уровнем адреналина, который просто не позволяет большинству людей ни испытать влечение, ни реализовать его. Даже кровоток перераспределяется к мышцам, сердцу и мозгу — а не к половым органам.

Для появления сексуального влечения, и тем более получения наслаждения, требуется покой и расслабленность. Парализующая тревога — это прямо противоположное состояние.

Более того, при гомо-ОКР к общей тревоге добавляется ещё один фактор, о котором мы подробнее поговорим в разделе о компульсиях: секс из акта близости превращается в экзамен. Вы ложитесь в постель с партнёршей и вместо того, чтобы быть с ней, начинаете отслеживать свои реакции: достаточно ли я возбуждён? достаточно ли мне приятно? не думаю ли я о чём-то постороннем? не мелькнул ли случайный образ? Этот непрерывный мониторинг сам по себе является мощнейшим убийцей возбуждения, потому что сексуальный отклик не терпит наблюдателя: он работает только тогда, когда внимание направлено на партнёршу и на ощущения, а не на измерительную шкалу в голове. Вы, по сути, пытаетесь одновременно быть участником и экзаменатором — и обе роли проваливаются.

Возникает порочный круг: тревога снижает влечение → ОКР интерпретирует это как доказательство гомосексуальности → тревога усиливается → влечение снижается ещё больше → ОКР получает «новое доказательство». Каждый виток закручивает спираль плотнее, и через какое-то время Вам действительно может казаться, что Вы «потеряли» влечение к женщинам навсегда. Но мой клинический опыт показывает обратное: у подавляющего большинства людей, которые проходят через работу с ОКР и добиваются снижения общего уровня тревоги, сексуальное влечение возвращается — потому что оно никуда не девалось, оно было подавлено страхом, как огонь, заваленный мокрым одеялом.

Поэтому обострение ОКР — это не тот период жизни, когда следует делать выводы о своих истинных желаниях. Судить о своём влечении на пике тревоги — всё равно что оценивать свои кулинарные вкусы во время пищевого отравления: результат будет искажён настолько, что не будет иметь никакого отношения к реальности.